Оля gailochka выложила в dart_russia давно ставший легендой документ:) спасибо . Впервые прочитала полностью, кстати. Так как авторы - телевизионщики, то и диагноз ставится журналистам из ящика. Но кое-что могут узнать о себе и пишущие. Правда, мне кажется, это в основном о новостийщиках - именно они так ужаты по времени и хронометражу (в данном случае это разные вещи:)), что теряют ощущение реальности.
Юлия и Виктор Мучники, Томск, телекомпания ТВ-2
ЖУРНАЛИСТ ГЛАЗАМИ РЕСПОНДЕНТОВ
1. Журналист - это человек, который звонит и появляется неожиданно.
2. Почти все респонденты ему кажутся неадекватными.
3. Адекватный только тот, кто любит журналистов и говорит "синхронами".
4. Его желание получить от вас "cинхрон" маниакально.
5. "Синхроном" у него называется твой текст, секунд примерно на 20, вырванный из общего контекста.
6. Он очень сердится, когда ты пытаешься объяснить ему, что проблема сложнее.
7. Он все равно "вырежет" твои сложные объяснения и оставит лишь искомые 20 секунд.
8. Потом к твоему "синхрону" (так, напомню, у него называются твои, вырванные из общего контекста, слова), так вот к твоему "синхрону" он потом приклеит свое такое, что смысл твоего высказывания извратится до неузнаваемости. И это у него называется "монтаж".
9. Если ты, допустим, рассказывал о своей работе на своем предприятии (клинике, ферме, институте ) можешь быть уверен, что в сюжете увидишь кадры другого предприятия (клиники, фермы, института ), снятые несколько лет назад. У них это называется "перекрыться". И это тоже монтаж. Журналист искренне убежден, что все предприятия (клиники, фермы, институты) занимаются одной и той же работой.
10. До начала съемок вас пересадят с привычного удобного кресла на неудобный стул, могут заставить взять в руки какой-нибудь ненужный предмет (книжку, кошку) или посадить на колени ребенка, переставят несколько предметов мебели.
11. В процессе перестановок вашей мебели журналист будет долго препираться с оператором, используя, главным образом, загадочный термин "оптическая ось". Когда он, наконец, обратит на вас внимание, неискренне улыбнется и начнет говорить о погоде, это означает, что после всего, что уже над вами совершили, вас пытаются немного расслабить накануне интервью.
12. Во время съемок журналист сообщит вам, что у оператора сел аккумулятор и поэтому, то, что вы говорили в течение последних 15 минут, придется повторить. Впрочем, не факт, что и это запишут.
13. Получив свои 20 секунд, журналист начинает откровенно скучать, убирать микрофон, отключать камеру, и вообще теряет к тебе всякий интерес.
14. Впрочем, он может посидеть еще в твоем кабинете или в твоей квартире, но лишь потому, что за ним еще не пришла машина.
15. Если ты в этот момент захочешь с ним поговорить, а машина придет, он стремительно попрощается на самом для тебя важном и умчится, бормоча на ходу что-то про следующие съемки.
16. Вечером он позвонит к тебе и льстивым голосом будет выяснять, как тебя зовут и где ты работаешь. Для титров. Помятую бумажку, на которой он все это записывал во время съемок, он потерял. Можешь отвечать ему все, что угодно. Титры в эфир все равно не выйдут.
17. Он может поговорить с тобой долго, а потом не показать вообще ничего, сославшись на разные причины - запороли съемки, не вписались в сюжет, покажем в следующий раз.
18. Впрочем, может не показать ничего и ничего не объяснить.
19. Журналист - это человек, который уверен, что все обязаны сниматься в его сюжетах, если это надо ему.
20. Уговаривая вас на съемки он с готовностью употребляет самую грубую лесть (он говорит вам о том, как нетривиальны ваши мысли, о том, что вы единственный глубокий эксперт по теме, что вы отлично смотритесь в кадре ), охотно прибегает к шантажу ("если вы откажетесь, этот проблемный для вашей организации сюжет выйдет без вашей точки зрения"). Все это он делает, если это надо ему.
21. Если это надо вам, он еще очень подумает.
22. Отказать вам он может под разными предлогами - извините, мы это уже снимали (а у вас, например, пожар), извините, но у нас выходной (а у вас опять же пожар), извините, но это не наш формат ( что такое формат, вы все равно не поймете).
23. Если вы хотите рассказать что-нибудь хорошее про свою работу, про то, что у вас хороший начальник, милые коллеги, что вы неплохо зарабатываете - вам строго скажут - с этим в рекламное агентство. Их интересуют случаи, когда начальник - гад, коллеги склонны к садизму, зарплату вы не получаете годами и сами уже совершили несколько неудачных попыток суицида. Из таких прискорбных жизненных обстоятельств они обычно с удовольствием изготовляют то, что у них называется "проблемный сюжет" или "спецрепортаж".
24. Журналист - это человек, который иной раз задает вам одни и те же вопросы дважды.
25. То, что в первый раз у него называется предынтервью, а интервью это то же самое, но во второй раз. У них это называется - "на камеру".
26. Журналист - это человек, который каждый сезон приезжает к тебе с одной и той же темой и на тебя же за это злится.
27. А внимательные и добрые глаза он делает лишь во время того, что у них называется "подсъемками".
28. Это человек, который не узнает своих респондентов на улице и не здоровается.
29. При этом он обычно обижается, если кто-нибудь не знает его имени и названия телекомпании, в которой он работает. Обиду тщательно скрывает, но она может сказаться на содержании его сюжета.
30. Если вы случайно перепутали его программу с какой-нибудь другой - это вообще непростительно. Это свидетельство вашей полной неадекватности и серьезный повод задуматься над тем, насколько вы способны справляться со своей работой.
31. Если он пригласил вас в прямой эфир, то первое, что вам с некоторым сожалением сообщат по приходу - это то, что ваш костюм совершенно не годится для эфира, потому что он клетчатый и "сечется", или красный и "плывет", или черный - что плохо для "баланса", или что он сливается с задником. Что все это значит - вам никто никогда не объяснит.
32. Если телекомпания считает себя продвинутой, то перед прямым эфиром вас могут отвести к "визажисту". Так у них называется человек, который будет исправлять вашу, по их мнению, непригодную к эфиру, внешность. Вообще они считают, что почти все респонденты не годятся для эфира. У них это называется "нетелегеничность". Себя же журналисты считают очень "телегеничными".
33. Во время прямого эфира вам в лицо направят лампу и будут ждать от вас искрометных импровизаций в ответ на вопросы, которые журналист готовил несколько дней. Обычно они лежат у него на столе, и он незаметно для зрителей подглядывает в свои бумажки. Вам пользоваться бумажками, даже если там записаны очень важные цифры, категорически запрещено.
34. Впрочем, до прямого эфира вас, к счастью, могут не довезти, потому что журналист перепутает улицу, на которой вы живете, и машина будет ждать в другом месте. Виноваты во всем будете вы.
35. Журналист - это человек, который обычно считает, что во власти одни "козлы".
36. При этом на мероприятия, где заседает власть, он непременно опаздывает и покидает их очень быстро, получив свой искомый "синхрон".
37. Потом в своем сюжете о власти, вставив этот "синхрон", он обязательно как-то поерничает за кадром. Это у них называется "независимость".
38. С простыми людьми он добрее, только если вы не грузите его своей "бытовухой". Так у них называется упавшая вам на голову крыша.
39. Журналист - это человек, который, поговорив с вами, скажем, о проблемах вашей школы, может неожиданно попросить вас сыграть что-нибудь на пианино - это у них называется "интершум", и без этого он не может делать свои сюжеты.
40. Причем на этом, не имеющем отношения к делу, инструменте вы по ходу сюжета непременно будете играть дважды - в начале и в конце. У них это называется "кольцевая композиция".
41. Он может попросить вас всплакнуть еще раз, потому что когда вы всплакнули на самом деле, камера еще не была включена.
42. Также он может попросить вас снять очки, без которых вы ничего не видите.
43. Впрочем, поглядев на вас без очков, может сказать - "нет, уж лучше наденьте".
44. Он говорит с вами недолго, а потом долго ходит с вами по коридорам и улицам. Это у них называется "картинка", на которой он будет потом про вас же что-то рассказывать (вообще лучше знать заранее, что "картинка" для журналиста обычно важнее слов). Ради "картинки" он вообще готов на многое (Если он находится на театре военных действий, он запросто может попросить военных пострелять из пушки по противнику тогда, когда они этого вовсе не планировали. Судя по всему, "картинка" требует, чтобы пушки стреляли, танки ползли, авианосцы бороздили океанские просторы).
45. Впрочем, погуляв с вами, он просит вас побыстрее исчезнуть из кадра, потому что сейчас он будет произносить свой "стендап".
46. "Стендап" - это синхрон самого журналиста. Кажется, самое важное для них в "стэндапе" - слова "у меня за спиной" (у меня за спиной - пожар, зоопарк, землетрясение). Можно предположить, что цель "стэндапа" - убедить всех, что все достойное внимания в этой жизни происходит за спиной журналиста.
47. Свой синхрон журналист, в отличие от вас, готовит загодя и произносит в нескольких дублях.
48. Своим синхроном он обычно доволен, в отличие от вашего.
49. Журналист - это человек, который уверен, что он лучше вас знает, как надо лечить, строить, учить, управлять городом (областью, страной ) и т.д.
50. Журналист - это все-таки не человек.
И еще один замечательный текст по теме:
Юлия Мучник (ТВ-2, Томск)
ЖУРНАЛИСТ НЕ В ФОКУСЕ
В каждой профессии есть свои профессиональные заболевания и специфические психологические расстройства. Кажется небезынтересным определить наиболее распространенные ЖУРНАЛИСТСКИЕ комплексы и расстройства. Ведь каждого из нас может немного успокоить уже тот факт, что ВСЕ ЭТО свойственно не только тебе, не ты один такой больной и несчастный, но все через это проходят рано или поздно и в той или иной степени. Главное - через это можно пройти и с этим можно жить. Важно понимать - то, что тебя так сильно мучает сегодня - не совсем объективная реальность, скорее это, так сказать, последствия профессиональных рисков, ну как геморрой у водителей.
Итак, пристальная рефлексия и самоанализ, бесконечные разговоры с коллегами, наблюдения за жизнью и работой журналистов (не только, кстати, провинциальных, но и столичных) позволяет нам выделить следующие наиболее распространенные профессиональные психические расстройства.
ДИАГНОЗ 1. Маниакально-депрессивный психоз. Навязчивая идея - "Какая от Шарика польза?" - или "Ну что у меня за профессия!?".
Анамнез - стаж не менее 3 лет, родители и прочие близкие - врачи, строители, программисты - в общем, люди более или менее "полезных" профессий.
Симптомы болезни - журналист в навязчивой форме все чаще начинает задавать себе вопросы - "Кому надо то, что я делаю? Врач лечит людей, строитель строит, а я?". Унылый вид, скептическая улыбка, постоянные утверждения - мол, я ТВ вообще не смотрю и журналистом себя не чувствую, оказался здесь по ошибке и вообще на самом деле рожден для большего; усиливающееся отвращение к респондентам; расстройства пищевого поведения и постоянное чувство вины.
Лечение - полезно пообщаться с врачами, строителями, программистами. Они расскажут, что "к врачам лучше не обращаться" - угробят. Программистов - "как собак нерезаных", и устроиться им все сложнее. Строители - "не докладывают цемент" и т.д. Особенно полезно - если после сюжета такого журналиста кому-нибудь наладят крышу или починят унитаз. Это, как правило, вызывает ремиссию.
ДИАГНОЗ 2. Реактивный психоз с навязчивой идеей - "Я снял и сказал уже
все".
Анамнез - стаж работы не менее 3 лет. Особенный фактор риска - работа в
новостийных ежедневных программах.
Симптомы - отвращение к респондентам и нежелание ехать на съемки. Разговор один - "я это уже снимал". Обострения - летом во время эпидемии энцефалита, осенью - начало учебного сезона, зимой - когда у всех прорывает батареи, весной - во время паводков. Аутизм, желудочные расстройства.
Лечение - перевести в другую редакцию, поменять амплуа - посадить в кадр или наоборот выпустить на съемки ведущего. Немного помогает.
ДИАГНОЗ 3. Мания Величия с навязчивой идеей "В Москву, в Москву".
Анамнез - стаж не менее 3 лет. И все в провинции.
Симптомы - унылый вид, критика столичных журналистов (подсознательно - "а вот я бы там такое мог сделать"), отвращение к респондентам. Клаустрофобия и нарциссизм.
Лечение - пообщаться со столичными журналистами, и тогда выяснится, что они тоже не очень здоровы и счастливы.
Радикальное лечение - отправиться в Москву, попробовать найти работу и
поработать там.
ДИАГНОЗ 4. Депрессия с навязчивой идеей "Я старею".
Анамнез - стаж работы не менее 3 лет.
Особенно остро протекает у людей работающих в кадре.
Симптомы - унылый вид, часто смотрит в зеркало, вздыхает, ходит к стилистам и косметологам, каждую неделю собирается в тренажерный зал, садится на диеты, отвращение к респондентам, раздражение в отношении более молодых сотрудников телекомпании.
Лечение - не поддается.
ДИАГНОЗ 5. Садо-мазохизм с навязчивой идеей "Все технари козлы".
Анамнез - стаж не менее 3 лет, не проходил Школу Журналистики "Интерньюс", где журналистов учат работать с камерой и монтажом.
Симптомы - постоянно ссорится с операторами и монтажерами, пишет на них докладные записки; считает, что все его гениальные сюжеты испортили они, и что в кадре он смотрится "как урод" из-за "идиота-оператора"; бред преследования.
Лечение - дать послушать, что говорят о журналистах технари. Заставить всех журналистов освоить камеру и монтаж
ДИАГНОЗ 6. "Бред накопительства" с навязчивой идеей "Почему я такой умный и такой бедный".
Анамнез - стаж не менее 3 лет, всегда в журналистике, в прошлом часто отказывался от "джинсы".
Симптомы - стойкая ненависть к рекламному агентству, участие в обсуждениях шубы, в которой сегодня был менеджер и машины, на которой он (она) ездит; ностальгические воспоминания о заманчивых предложениях, от которых отказывался. Эдипов комплекс и склонность к инцесту.
Лечение - чуть повысить зарплату (помогает ненадолго); перевести в рекламный отдел, пусть попробует побегать за клиентами и поунижаться.
ДИАГНОЗ 7. "Раздвоение личности" с навязчивой идеей "А мог бы снимать документальное кино".
Анамнез - в детстве смотрел фильм "Обыкновенный фашизм" Ромма. Думает, что сюжеты снимает временно, а вот потом!..
Симптомы - снимает длинные спецрепы с 30 секундными интершумами, экспериментирует на монтаже, ищет гранты, не находит, впадает в уныние, мечтает учиться на режиссерских курсах. Эротические сны, склонность к суициду.
Лечение - отправить в деревню Асино Томской области; пусть снимет документальный фильм о буднях этой деревни.
Это лишь некоторые из распространенных журналистских психологических расстройств, все они встречаются в тот или иной момент почти у каждого, ремиссии наступают, но ненадолго.
Комментариев нет:
Отправить комментарий